В сентябре школы нашего района вновь наполнились детскими голосами, и к работе с ребятами приступили не только опытные наставники, но и молодые специалисты.
Знакомьтесь: наш сегодняшний собеседник – молодой учитель Анастасия КУРАШЕВА. Третий год она работает учителем русского языка и литературы в родном городе, в Лодейнопольской основной общеобразовательной школе No 1, где с удовольствием занимается воспитанием и обучением подрастающего поколения.
Мы поговорили с ней о том, как увлечь современных школьников классикой, легко ли вчерашнему студенту стать авторитетом для подростков и о многом другом.
– Анастасия Яковлевна, расскажите о себе: где Вы родились, учились?
– Я родилась в Лодейном Поле, успешно окончила 11 классов в школе No 3 имени Героев Свири. Потом поступила в Петрозаводский университет на филологический факультет по специальности «Педагогическое образование с двумя профилями подготовки (русский язык и литература)». Мой выбор был продиктован искренним интересом к филологии. Я была уверена, что эта профессия поможет раскрыть всю красоту, силу и богатство родного языка и классической литературы. Получив диплом, точно знала, куда хочу вернуться.
– Кто или что повлияло на выбор профессии? Был ли это образ любимого учителя, семейная династия или внезапное озарение в старших классах?
– В школьные годы русский язык и литература были моими любимыми предметами, и во многом это заслуга моих замечательных учителей: именно они привили искреннюю любовь к слову, первыми заметили во мне творческую искру и сделали всё возможное, чтобы она не погасла. Помню, как в старших классах с огромным удовольствием помогала учителям проверять тесты и самостоятельные работы. Когда в школе проходили Дни самоуправления, я без всяких сомнений выбирала роль учителя русского языка. Постепенно поняла, что меня увлекает не столько результат, сколько сам процесс: объяснять правила, искать нужные слова. Именно школьная практика и поддержка наставников стали теми самыми ориентирами, благодаря которым я окончательно поняла, что хочу связать свою жизнь с педагогикой.
– Как ваша семья и друзья отреагировали на решение идти учиться в педвуз? Не пытались отговорить?
– Семья меня поддержала. Да, близкие честно говорили о сложностях профессии, но не предпринимали попыток отговорить – скорее, хотели убедиться, что я осознаю всю серьезность своего выбора. А друзья видели мой искренний энтузиазм и потому полностью доверились моему выбору.
Для меня быть учителем – это возможность влиять на будущее, помогать детям находить свой путь в мире книг и слов.
– Если бы не филфак и не школа, кем бы Вы стали? В какой ещё сфере представляли себя в юности?
– Для меня родители являются главным примером – именно на них я равняюсь, стараясь перенимать их отношение к делу, к людям. Моя мама работает в сфере дошкольного образования, и её искренняя вовлеченность, умение слышать каждого ребёнка и находить нужные слова во многом определили мой профессиональный путь.
Что касается папы – он юрист, и в его подходе к работе меня всегда восхищали четкость, логика, ответственность и умение разбираться в сложных ситуациях. Мне близок такой способ мышления: разложить проблему на части, найти опору в правилах, выстроить ясную аргументацию. Поэтому если бы не филфак, скорее всего, я связала бы свою жизнь с юриспруденцией, как папа. Но сейчас я уверена, что в моей нынешней работе органично переплелись оба этих профессиональных мира: в педагогике тоже нужны и логика, и умение выстраивать аргументацию, и способность слышать разные позиции, и нести ответственность за каждое сказанное слово.
– Помните ли Вы свой самый первый самостоятельный урок? С какой фразы его начали?
– Я его хорошо помню – это был урок-знакомство с классом. Моя первая фраза звучала так: «Я ваш новый учитель русского языка и литературы. Приятно познакомиться! Надеюсь, мы с вами подружимся и вместе будем достигать поставленных целей». Было очень волнительно: как меня воспримут учащиеся, получится ли у нас выстроить диалог? Мне было важно с первой минуты установить уважительный, но тёплый контакт, чтобы ученики понимали: теперь мы – одна команда.
– Ожидания после университета и суровая школьная реальность... К чему педвуз Вас точно не подготовил?
– Помню, как в университете мы буквально собирали уроки по кирпичикам: от целей и задач до полного разбора каждого этапа – всё должно было быть продумано до мелочей. Нас готовили к «идеальному уроку», а в школе необходимо работать в условиях «реального класса». Кто-то из учеников не выспался, кто-то пришёл с обидой после ссоры на перемене, у кого-то вдруг накатывают эмоции... И вот тут урок, можно сказать, начинает жить своей жизнью. Здесь уже не работают заготовленные конспекты и по минутам выверенные уроки. Просто стараешься найти индивидуальный подход к учащимся.
– Как Вас принял коллектив школы? Есть ли в ней институт наставничества, когда старшие коллеги делятся планами уроков, дают советы?
– Коллектив принял очень тепло – чувствовалась искренняя готовность поддержать словом и делом. Профессиональная адаптация прошла успешно благодаря выстроенной в школе системе поддержки молодых специалистов. Старшие коллеги охотно делились своими на-работками: предоставляли доступ к своим методическим копилкам, помогали адаптировать сложные темы под конкретный класс и давали конструктивную обратную связь после посещения моих уроков.
– Что для Вас сегодня самое сложное в работе: отчёты, заполнение электронных журналов, проверка домашних заданий или что-то другое?
– Для меня самое сложное – это эмоциональный аспект: необходимость управлять не только учебным процессом, но и эмоциональным фоном класса. Нужно постоянно держать в поле зрения переживания каждого ученика, при этом оставаясь собранным и спокойным.
– Как Вы считаете, интернетязык, сленг, мемы, сокращения – это гибель русского языка или его естественная эволюция? Как Вы реагируете, когда слышите от учеников слова типа «кринж» или «сигма»?
– Я считаю, что всё перечисленное – это естественная эволюция языка, он всегда менялся под влиянием общества, а сейчас таким фактором стала цифровая среда, породившая новые формы общения. Если я слышу от учеников на переменах подобные слова, то отношусь к этому абсолютно спокойно: это их выражение эмоций. При этом на уроках мы обязательно разбираем границы применения таких слов, обсуждаем, где уместен современный сленг (например, в переписке с друзьями), а где необходима строгая языковая норма. Так у ребят формируется языковая чуткость: они учатся выбирать слова в зависимости от ситуации.
– Что важнее на Ваших уроках: чтобы ребёнок знал правила орфографии или чтобы он научился формулировать собственные мысли?
– Я считаю, что главное – научить ребят не бояться высказываться и ясно формулировать свои мысли. Орфография важна как инструмент точной передачи смысла, но без самой мысли этот инструмент бесполезен. Поэтому на уроках я сначала создаю безопасную среду, где каждый голос имеет значение, а уже потом мы вместе учимся оформлять мысли грамотно.
– Вы ещё молоды, разница в возрасте с выпускниками школы может быть всего 5 – 7 лет. Как Вы держите дистанцию? Легко ли ставить двойки тем, кто почти твой ровесник?
– Знаете, небольшая разница в возрасте с ними – это не уязвимость, а огромный плюс. Ученики видят во мне человека, который, с одной стороны, говорит с ними на одном языке, но при этом обладает глубокими знаниями. Я сразу обозначила профессиональные границы: обра-щение строго на «Вы», уважение к дедлайнам и равные требования ко всем без исключения. А что касается двоек... Заранее проговорила с учениками, что плохая отметка – это не приговор и не мое личное отношение, это просто оценка их работы здесь и сейчас.
– Современные дети – они правда другие, или в их возрасте мы были точно такими же?
– С одной стороны, базовые вещи не меняются десятилетиями: современные дети так же ищут себя, бунтуют, переживают из-за несправедливости и хотят, чтобы взрослые их услышали. В этом плане мы были точно такими же. С другой стороны, они растут в колоссальном информационном потоке, они гораздо свободнее, смелее, технологически грамотнее.
– А чему Вы сами учитесь у своих учеников?
– Общение с ними – это всегда двусторонний процесс. Я учусь у них внутренней свободе. Они гораздо меньше боятся чужого мнения, открыто говорят о своих чувствах и границах, легче относятся к ошибкам.
– Случались ли у Вас уже моменты бессилия, когда закрываешь дверь класса и думаешь: «Зачем я здесь?». Как Вы выходите из этого состояния?
– Главная опора в моменты усталости – результат моей работы. Когда я вижу то самое «Ага!» в глазах ученика, у которого наконец начинает сходиться сложная тема, – сразу понимаю: это то, ради чего я пришла в профессию. Все сомнения тут же исчезают, а силы появляются заново.
– Кем Вы видите себя через 10 лет: директором школы, автором учебников или, может быть, уйдете в науку?
– Признаюсь, я редко загадываю на годы вперед, но сейчас мне хочется глубже исследовать методики преподавания, историю литературы и лингвистику. Именно поэтому аспирантура и научная деятельность – мой следующий шаг.
– Что для Вас является наивысшей наградой в работе?
– Главная награда – это успехи учеников и их искренняя благодарность, которую я чувствую даже спустя годы. Мне часто приходит на ум знаменитое высказывание Д.И.Менделеева: «Вся гордость учителя в учениках, в росте посеянных им семян». Именно в этом я вижу суть педагогической работы: не просто передать детям набор правил, а посеять то, что будет расти дальше.
– Пять слов, которыми Вы можете описать идеального учителя.
– Ориентир, креативность, мудрость, вдохновение, справедливость. Ориентир – готовность быть маяком для учеников в моменты сомнений. Креативность – умение превращать каждый урок в увлекательное событие. Мудрость – способность видеть в каждом ребёнке будущую личность. Вдохновение – умение зажигать в учениках искру любопытства. Справедливость – объективность в оценках и равное отношение ко всем.
– Назовите главную книгу, которую, по Вашему мнению, должен прочесть каждый человек.
– Мне кажется, что нет одной-единственной «главной» книги – у каждого свой путь к смыслам. Но если выбирать произведение, которое помогает по-новому взглянуть на себя и мир, то я назвала бы роман «Великий Гэтсби» Фрэнсиса Скотта Фицджеральда. Это тонкая, красивая и горькая история про мечту. И про то, как мы придумываем людей и себя, и как реальность неизбежно догоняет фантазии.
– Что бы Вы пожелали своим коллегам, которые только начинают путь в профессию учителя?
– Профессия учителя требует огромной эмоциональной отдачи. Важно находить время для отдыха и восстановления сил – так ваш внутренний «маяк» всегда будет светить ярко. Не бойтесь ошибаться: идеальных уроков не существует, особенно в начале пути. Будьте снисходительны к себе. Помните, что мгновенных результатов может и не быть, – научитесь замечать даже самый крошечный прогресс. Верьте в своих учеников, в своё дело и в себя.
Егор КОНДРАТОВ