Ежегодно в январе мы отдаем дань памяти нашей коллеге – журналисту, поэту, автору нескольких сборников Ольге БУТАНОВОЙ, которая много лет работала корреспондентом в районной газете.
Ольга Александровна была членом СанктПетербургского Союза журналистов, лауреатом различных поэтических конкурсов и победителем нескольких региональных журналистских конкурсов. Награждена медалью «Патриот России», она любила родной город и посвящала ему свои произведения...
4 января исполнилось 70 лет со дня рождения Ольги Бутановой, а не стало её 10 лет назад, 17 января... На доме № 14 на проспекте Урицкого, где она жила, в честь её установлена мемориальная доска.
Особое место в творчестве Ольги Александровны всегда занимала тема памяти о событиях и героях Великой Отечественной войны, о блокаде Ленинграда и тех, кто её пережил. Им она посвятила немало своих поэтических строк и журналистских очерков, которые мы публикуем накануне памятной даты – Дня снятия блокады Ленинграда.
Блокадная журналистика
Январь – месяц блокадных дат. Скромно и почти незаметно в календарь первого месяца года вписался «новый» профессиональный праздник – День российской печати. Между тем журналистика и блокада – темы взаимосвязанные, и есть смысл об этом поговорить.
Известно, что подвиг, совершенный во имя высокой цели, во благо людей, бессмертен. Это аксиома, которая не требует доказательств. Однако о подлинном бессмертии подвига можно говорить тогда, когда последующие поколения помнят об этом, чтят память тех, кто, не думая о величии своих поступков и дел, просто свято выполнял долг. Благодарная память потомков – вот на чем зиждется бессмертие всего героического.
Более 60 лет прошло после освобождения Ленинграда от вражеской блокады. Сотни книг и тысячи статей написаны о подвиге жителей и защитников города. Можно ли еще что-то добавить к этой эпопее? Время неумолимо. С каждым годом все меньше остается тех, кто вместе с Ленинградом переживал его суровые дни. И тем не менее в летописи не ставится точка. Очередные ее страницы теперь пишут наши современники, люди, живущие в третьем тысячелетии. Так, преподавателями и студентами факультета журналистики Санкт-Петербургского государственного университета, журналистами и учеными собираются подлинные документы из исторических и литературных архивов, рассказывающие о напряженной и самоотверженной работе писателей, сотрудников и корреспондентов Ленинградского радио, журналистские расследования и личные свидетельства людей, переживших блокаду. Эти материалы являют собой запоминающиеся, ни с чем не сравнимые краски масштабного полотна под названием «Подвиг Ленинграда». И на нем отчетливо выписан подвиг самих журналистов блокадного времени. Вот некоторые вехи.
«Говорит Ленинград! Говорит Ленинград!» – эти слова в годы войны собирали у репродукторов миллионы людей. Голос осажденного города слушали в глубоком тылу и на передовой, в оккупированных городах и селах, в партизанских отрядах. С первых же дней войны, послав на фронт половину своих сотрудников, коллектив Ленинградского радио стал работать на оборону города, на победу. Уже в июле 1942 года появились новые журналы – «Радиохроника» и «Юный патриот», а затем регулярные передачи «Письма на фронт с фронта». Только к концу 1942 года Ленинградское радио передало в эфир около 20 тысяч писем фронтовиков и тружеников тыла.
С сентября 1941 года Ленинград стал транслировать ежедневные передачи на всю страну. В октябре появилась «Красноармейская газета по радио», а в декабре в эфире стала выходить молодежная газета «Смена», которая из-за недостатка электроэнергии и бумаги не имела возможности выходить в печатном виде.
С весны 1942 года на радио стали выпускать и журнал «Костер». Далее в программу вошли передачи для партизан и населения оккупированных районов области, «Краснофлотский радиожурнал» и многое другое. Голоса О.Берггольц, В.Вишневского, Н.Тихонова, Б.Лавренева, В.Кетлинской и других поэтов и писателей находили прямой путь к сердцам слушателей, они поднимали моральный дух людей, призывали к борьбе.
Обеспечивая бесперебойное программное вещание, журналисты не жалели сил. Они в полном смысле слова стали бойцами осажденного города. Работали по-фронтовому, до последней капли сил. Когда, например, в феврале 1942 года из строя вышли все дикторы и чтецы, к микрофону встали артист И.Горин и главный режиссер Радиокомитета К.Миронов. Они вели передачи попеременно, с утра до позднего вечера. Читали при свете самодельных свечей. От холода перехватывало дыхание.
Вот строки из приказов, сохранившихся в архиве: «В целях строгой экономии бумаги статьи из газет не перепечатывать. Правку материала производить возможно аккуратнее...»;
«Топку печей производить один раз в сутки, за исключением дикторской...»;
«4 февраля 1942 г. заболел дистрофией второй степени ответственный редактор вещания на немецком языке В.А.Римский-Корсаков...»;
«26 февраля 1942 г. заболел редактор политического вещания Левман, дистрофия второй степени. Работу продолжает»;
«Рейман – главный редактор вещания на эстонском языке. Состояние здоровья неудовлетворительное, но работу оставить не может, так как некем заменить».
Ветераны блокадной поры вспоминают, что в те неимоверно трудные дни транслировались даже детские передачи. Известная ведущая Мария Григорьевна Петрова, которая говорила детским голосом, «голосом блокадного мальчишки», читала сказки и вела «Клуб знаменитых капитанов» (программа продолжалась и в мирное время). Распоряжение же штаба Ленинградского фронта детские передачи прекратить действовало недолго. Оно было обусловлено тем, что дети просто-напросто убегали с эвакопунктов, не желали уезжать из города, мотивируя тем, что «раз детские передачи продолжаются, то все нормально, город не сдадут».
А сколько еще других бесценных свидетельств остаются неизвестными? Поистине огромное, неисчерпаемое поле журналистского поиска простирается за двумя простыми словами военного времени: «Говорит Ленинград».
2007 г.
Как проводили экскурсии
В 1981 году при разработке экскурсионного маршрута «Дорогой мужества и славы» (Лодейное Поле – Ленинград) мне, в составе творческой группы экскурсионного бюро, пришлось перерыть горы книг, газет и справок. Методические рекомендации относительно создания военно-патриотических экскурсий звучали строго. В результате трассовая тема вобрала в себя едва ли не всю «соль» блокадного периода и своей продолжительностью (3,5 часа), а также насыщенностью материалом вполне могла соперничать с серией краеведческих лекций. Объёмный текст, обширный видеоряд – при условии обязательного выхода участников экскурсии к объектам показа. Начальники из Ленинградского областного Совета по туризму и экскурсиям после изучения нашей разработки без колебаний поставили ей «пять».
…Некоторые экскурсоводы тихомирно кемарили на своём месте часа три. Потом наскоро давали в микрофон короткие справки и на том заканчивали. Их никогда не хвалили и не ставили новичкам в пример.
А ещё были другие. Кто, войдя в автобус ни свет ни заря, начинал РАБОТАТЬ. Запуская в тихую болотную заводь застойных лет военные вихри и блокадную стужу с её артобстрелами, фугасками, кашей из клея. Дорогой жизни и погребёнными под ней полуторками. С Лодейным Полем, костью застрявшим в горле разработчиков плана «Голубой песец». С боями за каждую высоту. С подвигом Василия Полещука. С целой кучей других фактов. И всё это – ни на йоту не ослабляя заложенного в экскурсию эмоционального накала. То есть – дождь ли, холод ли – «выгоняя» туристов на улицу во время остановок у памятников. Сурово?..
Но только таким вот «занудным» экскурсоводам доставались самые щедрые отзывы туристов. Даже стихи... Конечно, дело здесь не в педантично-честной отработке экскурсионного наряда. Дело в личности. Как гида, так и его слушателя. Почему? Да потому что это НАШИ люди. Русские... Из далекой военной поры – и из сегодняшнего дня.
Вот вам и ответ на вопрос, тронет ли блокада сердца иных поколений. Субъективно это зависит от людей. А объективно – от истины. Истина же заключается в том, что история человечества знает много примеров длительной осады городов и крепостей. 900-дневная оборона Ленинграда по своему героизму, масштабности и числу жертв превосходит любой из них. А большое видится на расстоянии.
2004 г.
Ленинградская история
Звезда светила переменчиво,
Мигала, пропадала в темени,
А ты была такой застенчивой,
Ты не взывала о спасении.
Ты лишь легла на этой площади,
Вдруг уронив котомку с книгами –
И чьи-то взмыленные лошади
Рванули в небо всей квадригою.
А ветер задувал нордически,
Он издевался, выл по-волчьему:
«Ну что, сыграла в Драматическом?
Гастролей нет! Афиши – клочьями!
А ведь любила пьесы Чехова,
Читала Гоголя и Пушкина!
Не повезло лежать под снегом-то
Двадцатилетнею старушкою...».
Но краем сказочного берега
Уже сверкнула лента памяти.
Ты поднялась чуть неуверенно,
Шагнула раз, другой по наледи,
Пошла под шпилями, под арками –
Быстрей, быстрей, не глядя под ноги,
Дворами, улицами, парками –
В страну большую и свободную ...
Тебе кивали кущи ленные,
Сады Эдема и Аркадии,
Морской охваченная пеною,
Ты распахнула в мир объятия,
И, разогнавшись над откосами,
Над всей землей, святой и грешною,
Последний раз тряхнула косами –
И стала чайкой белоснежною!..
Тебя любило солнце рыжее,
Качали волны в тихом рокоте –
В тот самый день, когда ты выжила
На мерзлом льду в блокадном городе.